wetfield (wetfield) wrote,
wetfield
wetfield

Categories:

О спектакле "Улица трёх соловьёв", или - немного о грустном :))


Сразу скажу, спектакль "Улица трёх соловьёв, 17" режиссёра-постановщика Алексея Лонгина по мотивам произведения Драгутина Добричанина "Коммунальная квартира" - гораздо слабее уровнем, чем "Сирано де Бержерак" или "Сон в летнюю ночь", которыми театр-студия "Рампа" радовала нас в прошлом сезоне. Дети, конечно, весело смеялись над криками и скандалами героев, но...  А дальше будет много "ну, нельзя же", потому что я - ретроград, и привыкла ограждать детей от многого из того, с чем им придётся познакомиться в жизни, если им, скажем так, не особо повезёт. :)
О спектакле сами актёры пишут - "Смелый эксперимент нашего театра - спектакль в жанре "гротеск". - и как по мне, это чересчур смелый эксперимент.  Я не знаю, как эту пьесу ставил Товстоногов, Георгий Александрович в Ленинградском театре им. Ленинского комсомола (1956), но то, что я видела в ЦДЮТ "Бибирево" вчера вечером, меня, мягко говоря, неприятно потрясло. Вероятно, в 1956-м тема коммуналок и коммунальных скандалов была уместна, актуальна и востребована, сейчас же вся постановка напоминала мне эксперименты Ника Сестрина из театра Колумба авторства Ильфа-Петрова, где Агафья Тихоновна ходила по проволоке с зонтиком "Я хочу Подколёсина" и гукалась сверху на гамбсовский стул. Не, как авангардное искусство - наверное, блеск, но мне неблизок такой "авангард".

Казалось бы, технически всё было хорошо: и световые эффекты, когда косые лучи прорезают сцену, и постоянно сменяемые наряды актёров ( некоторые переодевались за время спектакля раза по 4 безо всяких на то сюжетных причин), и публика, как по заказу заполнившая зал со специально припасёнными цветами. Однако само действие - то, что называется, оставляет желать, и истошные актёрские крики, имитирующие бурные эмоции, его не спасают и не вытягивают. Сюжетная линия сводится к банальности: один студент Миша вселяется в квартиру, где в ванной уже живёт жилец Пепе, потом туда же добавляется "псих в солдатской каске" - дед Бога ( что он - Богослав, а Миша - Миотрак, нам сообщили только в спектакле, а так в программке и была написана сия теологическая "АшиПка" ), со своими дочерью Госпа Натой и , зятем Драгиша, и внучкой Любицей, затем там же появляется тётка Пола, потом её племянница Лула - и создаётся жуткое впечатление, что эта "воронья слободка" помещается в одной комнате, и только потом, когда начинается выяснялово, что "а ты себе прихватила ещё одну комнату для прислуги", становится понятно, что речь идёт о многокомнатной квартире:) Ко всему, там начинаются разборки, любовные страсти, сотрясения народа на скамейке в бравурном ритме, имитирующие что-то такое ненормальное...
В итоге весь смысл этих коммунальных дрязг свёлся к тому, что аферист Пепе быстро догадался, как прекратить скандалы - всех переженил между собой. Козу тётушки Полы вытурили из ванной ( а до этого из ванной вытурили самого Пепе, переселив к Мише), саму тётку Полу, пристающую к молодым парням, выдали замуж за деда Богу, Мишу женили на Любице, а сам Пепе взял себе Лулу
( и её комнату, конечно же!)
Смысл у произведения, таким образом получился незамысловатый: будете заниматься любовью, люди - будет меньше скандалов, то есть подняли на флаги старый лозунг хиппи: "«Make love, not war

Вся моя рефлексия ( а она касается в основном и пресс-конференции актёров по итогам спектакля) под катом.

а) Нельзя - показывать детям бытовые коммунальные дрязги и просить осмыслить данное произведение, требуя глубокого анализа с их стороны. Так как дети незрелы в этом отношении, и - слава Богу.

б) Нельзя - говорить на отрицательного героя, который хочет жениться на девушке, чтобы получить её комнату, что это - положительный герой, "потому что умный человек  всегда женится на девушке с комнатой: любовь без квартиры невозможна". Это конкретное фу на шутку не тянет, и сбивает детям нраственные ориентиры.

в) Нельзя - на закономерные вопросы детей на пресс-конференции пытаться их отфутболить ответами в пару слов. И давать им ложную информацию, что ты был на сцене, когда тебя на сцене не было. "Ложь не к лицу воину" - говорил индеец из фильма "Человек с бульвара Капуцинов". А я от себя добавлю, что ложь никому не к лицу.

г) Нельзя на вопрос, почему герои на скамейке мелко тряслись в каком-то трансе ( вообще, спектакль хотелось назвать "Массовая шизофрения"), отвечать: "Это был секс":) Даже если это и был предполагаемый секс в актёрской трактовке и в авторском видении, многим тут и 16 лет ещё не исполнилось.

д) Ну и вообще: нельзя идти на интервью к детям, если ты боишься этих детей и заранее становишься в позу антагониста. Это не твоё поприще, и - честнее и лучше сразу от этого отказаться. Дети - самые искренние ценители, но и самые большие критики. Потому что они - настоящие, и пока не приучены лгать "во спасение", как взрослые. Да и вообще - кого спасать-то?
Tags: Конкурс, Рецензия, Театр
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments