wetfield (wetfield) wrote,
wetfield
wetfield

Обзаз жизни по Эдгару По:)))

( сказала же, напишу про Эдгара По - ну вот и получайте:))




Удивительное дело, но одни и те же литературные произведения совершенно по-разному воспринимаются нами в разном возрасте. В детстве и юношестве, беря в руки книгу, ты ищещь в ней яркую сюжетную линию, и переживая всё это вместе с героем, ты пропускаешь многочисленные описания, как ненужное авторское излишество: мол, чтобы представить окружающую героя обстановку, мне вполне хватает собственной фантазии! Однако, став старше и перечитав это произведение, я поняла, что взгляд порою цеплялся именно за описательные моменты, и возможно, именно это обстоятельство и породило несколько интересных мыслей...

Пример тому - томик рассказов Эдгара По, излюбленного автора моего отрочества. Его "Убийство на улице Морг" впервые я прочла 13-летней - и тогда меня поразило жестокое убийство двух женщин и загадочный убийца, которым оказался гигантский орангутанг. Понравился мне и Огюст Дюпен, сыщик-аристократ, распутавший это убийство...

И вот прошло много лет...и как-то раз поздней осенью я оказалась в загородном доме в ожидании своего кота, которого мне надо было увезти в город. Было скучно, на улице летел мокрый снег, и я взяла в руки Эдгара По...открыла упоминаемое выше "Убийство"...и - не поверите, но я зачиталась тем, что вначале пропустила, как "неинтересное" - описанием образа жизни Огюста Дюпена, который являлся другом самого Эдгара По- ну, или его героя.

Вот это показалось мне интересным... кому "многабукафф" - можете смело не читать.



"Весну и часть лета 18... года я прожил в Париже, где свел знакомство с
неким мосье С.-Огюстом Дюпеном. Еще молодой человек, потомок знатного и даже
прославленного рода, он испытал превратности судьбы и оказался в
обстоятельствах столь плачевных, что утратил всю свою природную энергию,
ничего не добивался в жизни и меньше всего помышлял о возвращении прежнего
богатства. Любезность кредиторов сохранила Дюпену небольшую часть отцовского
наследства, и, живя на ренту и придерживаясь строжайшей экономии, он кое-как
сводил концы с концами, равнодушный к приманкам жизни. Единственная роскошь,
какую он себе позволял, - книги, - вполне доступна в Париже.

Я жил тогда в Париже совершенно особыми интересами и, чувствуя, что
общество такого человека неоценимая для меня находка, не замедлил ему в этом
признаться. Вскоре у нас возникло решение на время моего пребывания в Париже
поселиться вместе; а поскольку обстоятельства мои были чуть получше, чем у
Дюпена, то я снял с его согласия и обставил в духе столь милой нам обоим
романтической меланхолии сильно пострадавший от времени дом причудливой
архитектуры в уединенном уголке Сен-Жерменского предместья; давно покинутый
хозяевами из-за каких-то суеверных преданий, в суть которых мы не стали
вдаваться, он клонился к упадку.
Если бы наш образ жизни в этой обители стал известен миру, нас сочли бы
маньяками, хоть и безобидными маньяками. Наше уединение было полным. Мы
никого не хотели видеть. Я скрыл от друзей свой новый адрес, а Дюпен давно
порвал с Парижем, да и Париж не вспоминал о нем. Мы жили только в себе и для
себя.
Одной из фантастических причуд моего друга - ибо как еще это назвать? -
была влюбленность в ночь, в ее особое очарование; и я покорно принял эту
bizarrerie [Странность, чудачестве (франц.).] как принимал и все другие,
самозабвенно отдаваясь прихотям друга. Темноликая богиня то и дело покидала
нас, и, чтобы не лишаться ее милостей, мы прибегали к бутафории: при первом
проблеске зари захлопывали тяжелые ставни старого дома и зажигали два-три
светильника, которые, курясь благовониями, изливали тусклое, призрачное
сияние. В их бледном свете мы предавались грезам, читали, писали,
беседовали, пока звон часов не возвещал нам приход истинной Тьмы. И тогда мы
рука об руку выходили на улицу, продолжая дневной разговор или бесцельно
бродили до поздней ночи, находя в мелькающих огнях и тенях большого города
ту неисчерпаемую пищу для умственных восторгов, какую дарит тихое
созерцание."


Так вот...если я когда-либо и к кому-либо и испытывала чёрную зависть, так вот именно к этим двум героям рассказа По. Дюпен небогат, разорён, но при этом "равнодушен к приманкам жизни", живёт на ренту, а главное - встречает друга, который покупает им обоим старый дом, который друзья превращают в своё обиталище.
Чем же они занимаются? А - НИЧЕМ ОСОБЕННЫМ!!!! Зажигают светильники, болтают ни о чём, предаются грёзам...днём запирают ставни, чтобы посидеть в темноте, ночью отправляются гулять, БЕСЦЕЛЬНО БРОДЯ по улицам!
Приходится ли удивляться, что мозги Огюста Дюпена, освобождённые от повседневных забот о хлебе насущном и семье (герой холост), прекрасно работают, угадывая ход мыслей Эдгара По( назовём его героя так) по одной случайной встрече зеленщика на 15 последующих минут вперёд? Приходится ли поражаться удивительным способностям логической мысли, если эта мысль ни на что больше не эксплуатируется?
Мне кажется, в данном случае прослеживается не случайность, а закономерность - предоставь обычному человеку такие же условия жизни, в которых живёт Дюпен, и его мозги будут работать не хуже. Думаете, нет?
Tags: Вопросы, Задумчивое, Прочитала
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 25 comments