wetfield (wetfield) wrote,
wetfield
wetfield

Последний сон Принцессы - ещё одна часть...


Всё в жизни когда-нибудь кончается, даже если длится сто лет. Подходил к концу срок волшебного сна Принцессы, и никто не знал о том, включая её саму. О чём думала она, лёжа на заколдованном ложе в вечном полусне, не различая дня и ночи? О том, что надежда на освобождение – призрачна и эфемерна, потому что Принц служит Двенадцатой фее, а никто другой поцелуем её не расколдует. Что держаться надо, несмотря ни на что, даже если однажды она сонная сгинет вместе с Волшебным лесом во тьме веков. И ещё – о своём друге Ветре, который прилетит и расскажет девушке очередную сказку…

Ветер посетил Принцессу рано утром, когда она с трудом разлепила сомкнутые полусном веки. Повеяло его свежим дыханием, тёмные локоны Принцессы взлетели вверх под струями воздуха.

- Это будет сегодня, - коротко сказал он – свершится древнее пророчество, Высокая!

- Неужто? – брови Принцессы поползли вверх, - он решится всё-таки? Но как, Светлый?

- Ты называешь меня Светлым, - задумчиво прошептал Ветер, не отвечая на вопрос Принцессы, - даже имени моего не знаешь. Солнышко ты называешь Ариэн, Месяц – Тилионом. А меня – просто Светлый!

- Потому что у тебя светлая чёлка, - рассмеялась Принцесса, - да я и своего-то имени не помню с момента, как укололась веретеном. Но – ты назовёшь мне своё имя, Светлый?

- Эонве меня зовут, - кивнул ей светловолосый юноша, - но ты можешь звать меня просто Светлым, и если позовёшь, я всегда отыщу тебя. Хочешь, твоё имя тоже назову тебе? – и Принцесса задумчиво опустила веки.

- Твоё имя Сесилия, и ты дочь короля Артанаиса! – Ветер присел на краешек роскошной кровати, и от его соседства складки балдахина то и дело раздувались от порывов ветра, - а Принца твоего зовут Антуан, и не позже, чем сегодня вечером он к тебе пожалует.

-Но откуда ты, Светлый, это знаешь? – в голосе Принцессы послышались настойчивые нотки.

-А вот сама посмотри, что произошло во дворце ночью!



- Смерть и только сме-ерть ему! – голос Двенадцатой феи возвысился до совершенно непристойного визга, - негодяй Навьен жаждет занять мой трон, а тебе и горя мало, Антуан! – рассерженная фея напоминала большую взъерошенную птицу.
- Но как мы можем убить человека, ваше величество, если его мятеж был подавлен, а Навьен раскаивается и просит у вас прощения? – умиротворяющий голос Антуана звучал не совсем искренне: Навьен и не думал просить прощения, но Антуану очень не хотелось убивать мятежного виконта. – ко всему, мы нарушим закон вашего родича, короля Артанаиса, который даровал помилование всем раскаявшимся.
-  Не твоё дело толковать мне законы, мальчишка! – окончательно разъярилась колдунья, - я здесь королева, и я буду решать, кому и что причитается по закону. Любой мятеж против королевской власти карается немедленной смертью, и я от этого не отступлю!
- Хорошо, - Антуан склонил голову, - я сообщу ему вашу волю. Но по нашим законам осуждённый на смерть имеет право на последнее желание.
- Я оставлю его и без этого права, - Двенадцатая фея хрипло расхохоталась, - пусть умирает, как собака, в кандалах, и от повешения.
- Извините, ваше величество, но я не стану вешать его, - вдруг твёрдо заявил Антуан, - виконт Навьен – благородных кровей, и я намерен подарить ему казнь, которой он заслуживает – от отрубления головы. И я не пойду против законов той страны, которой я присягал на верность.

- Твоя страна – это я, - заявила Колдунья, - и ты будешь мне повиноваться, а не то…
- Не то что? – повысил голос Антуан, - прикажете казнить своего же военачальника? Хорошо, я казню Навьена, раз вы приказываете мне. Но буду действовать по закону -  как подобает казнить людей благородной крови, и с выполнением его последнего желания. И ничто не способно будет меня остановить, ваше величество. К тому же знайте, что я более не приду к вам,  как раньше, так как я усомнился в вашей любви ко мне. Вы пытаетесь повелевать мною, а я – свободный человек со свободной волей.
- Ну что ты, Антуан,  давай забудем ссоры, - тут же сменила тон  Двенадцатая фея, - если причина нашего раздора – Навьен, то казни его, как сам сочтёшь нужным. Но не говори, что я не люблю тебя…
- Хорошо, я не скажу, что вы не любите меня, - Антуан вскинул голову, - я скажу иначе: я не люблю вас. Вы можете меня казнить, можете уволить с должности военачальника. Но повелевать моим сердцем вы не вправе.
С этими словами Антуан покинул покои королевы-колдуньи, оставив её стоять в полном остолбенении: ещё никто и никогда не позволял себе пренебрегать ею! Мальчишка вышел из повиновения и стал опасен:  войска повинуются ему - того и гляди, он и сам поднимет мятеж, а ей не достанет колдовской силы противостоять ему. Его надо будет немедленно обезопасить…но как именно, Двенадцатая фея не знала.
Между тем от Королевы Принц Антуан направился прямо в темницу к Навьену. Навьен при виде Антуана поднялся со своей соломенной подстилки.
- Она приказала казнить тебя, - Антуан старательно избегал смотреть Навьену в глаза, - и вообще хотела повесить.
- Давай-ка догадаюсь, что было дальше. Ты вступился за меня – и теперь мне отрубят голову, - рассмеялся виконт, - спасибо тебе, Антуан, за твою доброту!
- Перестань иронизировать: всё так и есть. И ещё я вытребовал тебе, Навьен, последнее желание. Ты имеешь право требовать всего, чего ни пожелает твоя душа, кроме отмены казни.

- Да уж кто бы сомневался! – в голосе Навьена появилась горечь, - она боится меня, вот и пытается убрать с пути. Хорошо, последнее желание так последнее желание. Я желаю немедленно оседлать коней, поехать в мой замок и  вместе с тобою позавтракать там жаренной дичью и вином! А потом можешь казнить меня хоть сегодня!

- Ты рехнулся, виконт? – Антуан потерял дар речи, - это же очень глупое желание! Обычно все просят отсрочить казнь на месяц, полгода, год – в надежде, что за это время  король сменит гнев на милость. А тебе пришла охота полакомиться дичью – и сразу умирать?
- Ну, я-то в отличие от тебя хорошо знаю нашу августейшую особу, - голос виконта был полон иронии, - она гнев на милость не сменяет точно, жди я хоть всю оставшуюся жизнь. А так – я повидаю родные стены, прежде чем предстану перед Всевышним!
-Будь по-твоему, - кивнул Антуан, - сейчас как раз раннее утро. М ы успеем доскакать до твоего поместья часа за два, а там твои слуги подадут нам дичь и вино. Так что твоё желание будет исполнено, как и подобает.
И виконт с Принцем пришпорили своих коней. Сзади ехала стража и охрана Навьена, так что сбежать не было никакой возможности. Против обыкновения, домчались они до усадьбы виконта меньше, чем за полтора часа. Только разок на дороге виконт Навьен попридержал коня и куда-то указал рукой:
- Вот там она, эта заколдованная чаща,  где спит Принцесса- сказал он, - ближе всего от неё расположены мои владения, поэтому я лучше других знаю эту легенду.
- Ты всё же уверен, что там есть Принцесса? – Антуан тоже с интересом вглядывался в переплетение веток – как же оно напомнило ему его сны!
- Разумеется, уверен, - кивнул Навьен, - впрочем, у меня уже не будет времени это проверять, а вот ты, Антуан, не забывай о ней. Может, ты и есть тот единственный, который способен проникнуть в чащу! – и Антуан задумчиво уставился в густые заросли.
Замок Навьена был настолько роскошен, что напоминал ни много, ни мало королевский дворец. Стоило всадникам вьехать во двор, как к их коням кинулись обученные слуги, помогли им спешиться и увести коней. «Мог бы жить тут, и жить припеваючи, - с тоской подумал Антуан, - а теперь вот гибнет во цвете лет, и всё из-за своей гордыни»
Навьен  и Антуан оказались на красивой каменной лестнице, которая вела в большой пиршественный зал с огромным столом. Несмотря на то, что виконт Навьен считался арестованным, у себя в замке он распоряжался,  как рачительный хозяин.
- Подать нам дичь на завтрак, - приказал Навьен подбежавшему слуге, - а также паштеты, перепелов и свежего алансонского сыра. А вино принеси из погребов – то, самое лучшее, столетнее, которое я храню для особых случаев!
Перед виконтом и принцем оказалась пара  серебряных кубков изящной работы,  и красивая девушка-служанка поднесла им пыльную глиняную бутылку с залитым сургучом горлышком.
- Вино  времён самого короля Артанаиса! – с восхищением заметил Принц Антуан, - откуда оно у тебя?
- О, это погреба моего прадеда, - улыбнулся Навьен, - там чего только нету!
Антуан отпил вина из кубка, и вдруг у него закружилась голова. Он слушал, что говорит ему Навьен, он видел стол, кубок, алансонский сыр…и ощущал, как сознание медленно уплывало.
«Отравил…он меня отравил!» - мелькнула паническая мысль, прежде чем наступила полная темнота.



Tags: Сказка, Творчество
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments